Воздвиг он памятник нерукотворный…

100 лет назад, 11 декабря 1911 года, родился великий египетский писатель Нагиб Махфуз. Он до сих пор единственный из арабских писателей, кто был удостоен Нобелевской премии в области литературы.

1.jpg

Вечером 7 ноября 1988 года в большом зале Каирской оперы собрался весь цвет египетской элиты и интеллигенции. Чествовали Нагиба Махфуза – одного из самых любимых писателей Египта. За несколько дней до этого Махфуз стал лауреатом Нобелевской премии. Домосед по натуре, он не поехал на вручение премии в Стокгольм, а отправил туда одну из двух своих дочерей. Поздравления же принимал в Каире – городе, который с такой любовью воспел в своих произведениях.

В те дни я работал в Каире и могу засвидетельствовать: имя Нагиба Махфуза было у всех на устах. И не только в Египте. Присуждение ему Нобелевской премии всколыхнуло весь арабский мир. Многие расценили это событие не только как международное признание творчества самого Махфуза, но и как своего рода сертификат о мировом уровне современной арабской литературы в целом. Последнее имело и немалый политический резонанс, поскольку многие на Западе трактовали (и трактуют до сих пор) ближневосточный конфликт как попытку отсталых арабских государств уничтожить передовой форпост западной цивилизации в регионе – Израиль.

Нобелевская премия стала сюрпризом для самого писателя. "Я даже не слышал о выдвижении моей кандидатуры", – утверждал он в те дни. Впрочем, и без Нобелевской премии славы Махфузу было не занимать. Свое первое произведение он опубликовал еще в 1939 году. Всего же к тому времени из-под его пера вышли 32 романа и повести и 13 сборников рассказов. Все эти произведения широко известны в арабском мире от Атлантики до Персидского залива, причем более половины романов были экранизированы. Что же неизменно привлекало в них читателей?

Коренной каирец, выходец из семьи мелкого служащего, Нагиб Махфуз посвятил свое творчество тому, что хорошо знал: жизни людей с «нижних этажей» египетского общества. Вырос писатель в средневековом квартале эпохи основателей Каира Фатимидов, где по старой египетской традиции мужчины вечерами собираются в маленьких кофейнях и за стаканчиком чая с мятой и шишейобсуждают волнующие их проблемы. В разговорах с завсегдатаями любимой кофейни Махфуз не раз черпал сюжеты для своих произведений.

Традиционный жанр арабской литературы – сентиментальные истории, "как в кино". Герои Махфуза, напротив, в гуще жизни. Самые яркие события в Египте ХХ века – борьба против английских колонизаторов, социальные преобразования при президенте Насере, военное поражение от Израиля в 1967 году – нашли отражение в творчестве писателя. И еще: он всегда остро переживал несправедливость и изобличал в своих произведениях ее носителей.

В молодости Махфуз писал исторические романы. Используя древнеегипетские сюжеты, пропагандировал идеи свободы и независимости своей родины. Особенно четко видно это в третьем, последнем романе исторической серии под названием "Борьба Фив". В нем египетские правители побеждают поработителей-гиксосов и изгоняют их из страны – прямая параллель с тогдашней мечтой египтян избавиться от власти британской короны.

eto bylo nedavno 2.jpg

Но подлинная популярность пришла к Махфузу позже, когда в середине 1950-х годов вышло в свет трехтомное повествование о судьбах трех поколений семьи богатого каирского торговца, неразрывно связанных с судьбой страны, а потому имеющих громкое общественное звучание. Критики нарекли трилогию, известную по названию первой части "Бейн аль-Касрейн" (так называется центральная улица фатимидского Каира), "романом века". Ее сравнивали с "Сагой о Форсайтах" Голсуорси и "Будденброками" Томаса Манна.

"Нобелевская премия стала для меня настоящим кошмаром", – утверждал Махфуз десять лет спустя. И это, увы, не гипербола. Дело в том, что кто-то из недоброжелателей распустил слух, что премия была присуждена писателю за повесть "Дети нашего квартала". Это была преднамеренная ложь, поскольку в постановлении Нобелевского комитета ясно сказано: премия присуждается "за реализм и богатство оттенков арабского рассказа, который имеет значение для всего человечества". Повесть же эта, написанная в 1959 году, вызвала резкую критику со стороны мусульманского духовенства, посчитавшего некоторые ее пассажи оскорбительными для религии. Ее напечатали лишь однажды, причем в журнальном варианте – и вскоре критики забыли про это произведение. Но, как выяснилось много лет спустя, не исламисты-радикалы. Осенним днем 1994 года, когда Махфуз садился в машину, на него напали двое мужчин и нанесли ножом несколько ударов в горло. Писатель выжил, но работать с тех пор в полную силу уже не мог. Его правая рука плохо подчинялась ему, и он стал писать лишь короткие рассказы.

Но, как говорится, нет худа без добра. "Одно хорошо, – говорил Махфуз. – После присуждения Нобелевской премии мои произведения стали чаще переводить на другие языки". В том числе и на русский. С тех пор у нас вышло восемь книг этого писателя – сборники и отдельные повести.

Нагиб Махфуз прожил очень долгую жизнь – будто бы Аллах, понимая, как нужен он людям, не желал лишать египтян их гордости и их любимца. Скончался писатель 30 августа 2006 года в возрасте 94 лет. Еще при жизни он был удостоен памятника, установленного в каирском районе Мухандисин. Впрочем, так ли уж важна бронза? Ведь, вспоминая Пушкина, можно утверждать, что Махфуз "памятник себе воздвиг нерукотворный". А это куда важнее.

Владимир БЕЛЯКОВ.

 «МК в Египте», № 23 (53), 11 - 24 декабря 2011 года.

на верх