Щенки боксера. Все окрасы

Уважаемые читатели, мы продолжаем публиковать произведения известного египетского писателя Аля АЛЬ-АСУАНИ. Два романа автора – "Дом Якобяна" (2002) и "Чикаго" (2007) – были переведены на русский язык. Аль-Асуани вошел в список пятисот самых влиятельных мусульман мира (2010), является лауреатом многочисленных международных литературных конкурсов.

Сегодня предлагаем вашему вниманию перевод рассказа "Щенки боксера. Все окрасы" из сборника "Дружественный огонь".

"Фаваз Хуссейн", – представится он вам шепотом, а когда вы его увидите, он, несомненно, вам понравится, ведь Фаваз Хуссейн очень обаятельный человек. Он также немного щеголь, о чем свидетельствуют щедро смазанные вазелином волосы и чубчик в стиле Анвара Вагди, не говоря уже об

1.jpg

опоясывающем огромный живот широком кожаном ремне с латунной пряжкой, изображающей английское слово LOVE, и начищенных туфлях на танкетке с остроконечными носами – модель, которую Фаваз предпочитает всем остальным. Хотя все эти вещи и вышли из моды лет двадцать назад, когда Фаваз был молодым человеком, он все еще очень бережет их. Он частенько восхищается их шикарным видом: тогда вы можете увидеть Фаваза, с упоением разглядывающего во время разговора с вами шикарную пряжку на ремне или носы своих великолепных туфель. Фаваз Хуссейн также известен свой вежливостью: он так вежлив, что может смутить этим своего собеседника. Он буквально источает вежливость. Завидя вас, бегом несется поздороваться и кланяется настолько низко, что его спина приобретает форму лука, и кажется, что ничто в этом мире не принесет Фавазу большего удовольствия, чем заставить свое огромное тело сложиться гармошкой, выразив вам таким образом свое глубочайшее почтение. Вступив с вами в разговор, он шепчет, опускает глаза долу, а толстые губы как-то округляет и при этом поднимает вверх, что делает их похожими на клювик крошечной пташки. Как же можно не полюбить Фаваза?

Несмотря на всю вежливость и кажущуюся покорность нашего героя, ответ на этот вопрос известен жителям Сахарно-Лимонного квартала, где Фаваз обычно проводит свое время в кафе, расположенном в начале улицы. Эти жители видели Фаваза идущим на противника со стулом или перочинным ножом: сначала он оттопыривает губы, бросает на "врага" испепеляющий взгляд, а затем затевает драку, которая сопровождается потоком оскорблений, при этом большинство из них имеют отношение к частной жизни матери соперника. Жители квартала никогда не забудут день, когда Фаваз подрался с сержант-майором Абд эль-Гани после того, как они сыграли в карты на деньги. Фаваз собрал всех окрестных ребятишек, привел и поставил их под окнами дома, где жил Абд эль-Гани, а потом запел хриплым громким голосом (при этом дети с удовольствием ему подпевали): "Господин сержант-майор, ты жирный поганец, жрешь зеленые бобы, ну что ты за мерзавец!" Вот таким знают жители квартала Фаваза Хуссейна, но и они не знают всего. Например, никто из них не представляет, где Фаваз работает. Иногда у него водятся деньги, но чаще он бывает на мели.

В одно прекрасное утро, когда Фаваз сидел в кафе, попивая, как обычно, чай с молоком и покуривая кальян, мимо него прошел мальчик с щенком в руках. Парнишка был в заношенной рваной галабее и босиком. Собака же была покрыта блестящей черной шерстью и прекрасно выглядела, на ее шее даже красовался изящный красный ошейник.

– Эй, ты, мальчик, поди сюда, – закричал Фаваз, которого осенила какая-то важная мысль. Мальчуган приблизился, с опаской гладя на незнакомца.

– Где ты достал эту собаку? – в голосе Фаваза была слышна угроза.

– В Маади.

– Ты украл ее! Ну и задам я тебе перцу! – заорал Фаваз, выпустив предварительно мощную струю дыма мальчишке в лицо, что заставило того выпустить собаку из рук и показать мужчине пятки.

Фаваз схватил собаку и принялся ее разглядывать; выглядела она странно – отвисшее брюхо, коротенькие ножки и приплюснутая мордочка. Фаваз дал ей косточку, которую раздобыл у продавца кебабов, сел, закурил кальян и стал размышлять: "Что я могу сделать с ней?"

Собака из Маади наверняка была дорогой: он слышал, что за щенка боксера можно получить аж сто фунтов. После некоторых размышлений Фаваз принял решение, и спустя два дня в газете "Аль-Ахрам" появилось объявление следующего содержания: "Собаки на продажу, боксеры с отличной родословной, есть все окрасы". Затем следовал телефонный номер кафе.

На следующее утро Фаваз сидел рядом с телефоном, отвечая на вопросы и объясняя, как разыскать его в квартале. Немного раньше полудня появился первый "клиент": в квартал въехал большой черный мерседес, из которого вышел седовласый джентльмен импозантного вида, одетый в черное пальто, сшитое из дорогого материала. Лицо мужчины было красным, как у англичанина, и на минуту Фаваз решил, что это, должно быть, иностранец. Фаваз ринулся навстречу джентльмену, изысканно его поприветствовал, принес ему стул и заказал стакан чая с молоком, не став, конечно же, предлагать покурить вместе кальян. Затем он повернулся к посетителю и, растянув в улыбке губы и опустив глаза, сказал:

– Чем могу служить?

– Я, в общем-то, пришел к вам по поводу собаки, уважаемый господин.

Услышав обращение "уважаемый господин", Фаваз расслабился: он сразу же поднялся и ушел, а через несколько минут возвратился, неся в руках собаку, которую он до этого привязал к стойке, где посетителям варили кофе. Джентльмен внимательно посмотрел на собаку, затем взял ее на руки и принялся с ней играть, одновременно осматривая животное, как это делают эксперты. Фаваз же не умолкал ни на минуту.

– Эта собака, она осталась последней. Я продал трех, а эта четвертая. Конечно, Ваше Превосходительство прекрасно знает, как сложно найти теперь боксеров.

Затем, неожиданно для самого себя, Фаваз взял руку джентльмена, говоря при этом:

– Клянусь Господом, мой дорогой друг, моя интуиция говорит, что собаку я должен отдать вам, именно у вас она будет в хороших руках, что скажете?

– Вы очень добры, но... это не боксер.

– Что? – вскричал Фаваз, как будто бы он старался опровергнуть своим возгласом слова джентльмена и искал кого-то, кто мог бы снять несправедливое обвинение. – Как вы такое можете говорить? Эта собака – боксер от ушей до кончика хвоста. Посмотрите внимательно – и вы сами увидите! Посмотрите же! Она говорит вам: "Я – боксер!" Что же еще нужно?

Джентльмен широко улыбнулся. Он был уверен в своей правоте.

– Мой дорогой друг, боксеры выглядят абсолютно по-другому. Собаки – моя страсть вот уже на протяжении сорока лет.

– А что же это тогда за порода? – пробормотал Фаваз, наконец сдаваясь и внутренне проклиная и посетителя, и собаку, в то время как мысль о двадцати фунтах, потраченных на объявление, уже начала мучить его.

– Это пекинес.

– Ну и что? Не вижу разницы. Важно то, сколько вы за нее заплатите?

Фаваз сказал последнюю фразу в отчаянии, решив избавиться от проклятой шавки любой ценой.

Джентльмен помолчал немного, затем с любовью посмотрел на собаку, а та, как будто поняв, что происходит, прыгнула на него и стала обнюхивать и лизаться.

– Я могу предложить вам три сотни.

Фавазу потребовалось всего лишь мгновение, чтобы справиться с шоком. Затем он громко сказал:

– Погодите-ка, как же так? Вам не стыдно, Ваше Превосходительство? Ээээээ... (Тут он просто не смог выговорить это проклятое название.) Собака с такой родословной, а вы говорите триста фунтов?! Вы бы предложили хоть семьсот или шестьсот.

После недолгого спора джентльмен достал из кармана триста пятьдесят фунтов. Фаваз быстро их пересчитал и спрятал в карман своих брюк. Со светящимся от счастья лицом джентльмен усадил собаку на плечо, а Фаваз проводил их до машины, поклонился и на прощание пожал мужчине руку.

После этого он бесследно исчез. Никто на улице и в кафе не знал о причине его исчезновения, покуда не поползли слухи о том, что некие молодые люди, также проживающие в квартале, якобы видели его как-то ранним утром, рыскающим по улицам Маади и шмыгающим под деревьями тамошних садов. Те же молодые люди как будто рассказывали, что, когда Фаваз увидел какую-то собаку, он достал из мешка косточку, бросил ее животному, а затем вытянул губы трубочкой и стал тихо звать: "Хорошая собачка, иди сюда, собачка".

«МК в Египте», № 09(063), 6 - 19 мая 2012 года.

на верх